Клешня

 

- Свалил, - сказал Олег, войдя в раздевалку. Напарника и след простыл, хотя в душевой еще курился парок. - Вот жучара.

Смену полагалось сдавать, но сменщик норовил улизнуть пораньше, и Олег догадывался, почему. Не раз Вовка оставлял текущие аммиачные насосы или непромытые фильтры. Халтурщик. Впрочем, и Олег, бывало, сваливал с работы на часок. Главное, считал он – дело сделай. И катись, куда хочешь...

За окнами мела метель. Зима выдалась мокрой и сырой. То снег, то оттепель.

Олег переоделся и спустился вниз. Раздевалка располагалась в здании очистных сооружений, относительно нового, в отличие от теплоэлектроцентрали, построенной задолго до революции. Первая и старейшая электростанция в городе располагалась на Синопской набережной, рядом с Невой, ее трубы видны издалека.

Он работал давно, четвертый год, все тут знал, и дело свое делал честно. Работа несложная, на первый взгляд, но Олег понимал, что от него немало зависит.

Он пересек заснеженный проезд и вошел в неприметную с улицы дверь. Несколько ступенек вниз, и он в полуподвале, чистом и сухом. За стеной, на улице, располагались фильтры очистки: огромные, оплетенные трубами баки, в которых фильтровалась идущая на турбины вода. Первым делом Олег проверил воздушники: нормально, открыты, водичка мирно журчит в сточную трубу. Прошлой зимой Вовка забыл открыть, так лед порвал стальную трубу, как бумагу...

Фильтры очистки были главной заботой. Зимой вода и так чистая, работы мало, а летом, когда станция останавливалась, фильтры вскрывали на профилактику. Самое неприятное дело. Поверх угля наслаивалась грязь, ее зачерпывали лопатой и выкидывали наружу. Вонь внутри стояла страшная, работали в респираторах, правда, толку от них было мало. Лопата захватывала еще живых червей и останки разложившихся рыбин - насосная станция качала на славу. Иногда ремонтники видели странных тварей, мерзких многоножек, дохлых или еще живых, удивлялись, и брезгливо выбрасывали из фильтра наружу...

Олег прошел мимо фильтров к щитовой. За стеклянной дверью стоял пульт с самописцами и управлением насосами. Рядом располагался пост смены: небольшая комнатка со столом, тремя старыми креслами и заклеенным картинками шкафом.  

- Здорово.

- Привет, - холодно бросила Таня, невысокая крашеная блондинка. Она сидела в кресле, на коленках заполняя сменный журнал.  

- А где все?

- В турбинную пошли.

- А-а, - на самом деле ему было плевать. У них своя работа, у него - своя. В других сменах слесари, бывало, бухали с девчонками, вообще хорошо сходились, но Олег держал дистанцию. У него жена, ребенок. И вообще, местный контингент ему не слишком нравился. Вульгарные разведенки, вечно дымящие папиросами и часами обсуждающими кофе или сериалы. С ними ему было скучно, а еще он не курил и терпеть не мог табачного дыма. Поэтому Олег на смене не появлялся, старался сделать работу за первую половину ночи, а во вторую уходил в раздевалку и ложился спать. Часика четыре можно перехватить, и то ладно.

Оставив сумку с бутербродами на смене, Олег направился в конец подвала. Там, за аммиачными насосами, находился соляной склад: большое помещение с влажными потеками на облезлых стенах и горой красно-белой соли на полу. Соль привозили грузовиками, иногда чистую, белую, но чаще - грязную, красноватого цвета, вперемешку с песком. Такой улицы посыпают... В обязанности Олега входила засыпка соли в приемные резервуары, потом она заливалась водой, оттуда соляной раствор подавался на регенерацию химических фильтров. Соль насыпали на глаз: около кубометра. Больше засыплешь - дольше потом отдыхать. Раствора хватало на несколько смен.

Олег принялся за работу, но с матюгами отбросил лопату: соль успела слежаться - не возьмешь. Видимо, привезли подмокшей, а на складе высохла и стала, как камень. «Эх, завтра понедельник, - подумал он, - начальник обязательно придет проверять. Придется херачить отбойником». Олег приволок из подсобки шланг и подключил к воздуху. Отбойный молоток загремел, норовя выскочить из рук, но дело пошло лучше.  

Соль откалывалась огромными кусками. Наколов груду, Олег вновь взялся за лопату, но вскоре остановился, качая головой: слишком большие куски не желали пролезать сквозь решетку утопленного в полу резервуара. И он вновь взялся за отбойник.

Стальное острие ударилось в пол, отлетели кусочки бетона. Олег ногой отгреб крошево в сторону, чтобы не смешивалось с солью, и заметил блеск железа. «Что это там может быть?» Расчистив площадку, Олег понял, что под слоем бетона закатан железный люк. Старый, даже не советских времен. Круглый, с идущими по краям истертыми буквами. Прочесть он их не смог. Похожи на латинские.  

Олег взял молоток и отбил люк полностью. Ухмыльнулся, вспоминая о затопленном подвале под складами, недалеко отсюда. Старые работяги рассказывали, что тот соединялся с подвалами и коммуникациями ЛиВиЗа, винно-водочного завода по соседству, и в девяностые по нему шла бойкая торговля ворованной водкой. Но потом подвал затопило. Или затопили специально, никто не знает...

Он сходил за ломом, вернулся и поддел люк. Тот еле сдвинулся. «Еще бы. Прирос, за столько-то лет».

- Тяжелый, сука! - прокряхтел Олег, налегая на лом. Люк сдвинулся. Потом еще. Готово. «Во, еще и лестница здесь!»

В затхлую тьму вели ржавые железные ступени.

...А еще мужики говорили о кладе, что в советские времена нашел бульдозерист, когда копали фундамент под очистные. По сути, что удивительного: место старинное, в центре, до ТЭЦ тут люди жили, слобода какая-то была...

«Надо бы фонарь взять, - подумал Олег, - а лучше - не один. Ради такого случая и с солью можно погодить. Вся ночь впереди».  

Он вернулся на смену.

- Таня, я на соли, если что.

- Хорошо, - не поворачиваясь, кивнула старшая. Она курила и читала женский журнал. Остальных девчонок он не заметил. Как обычно, с мужиками в котельном треплются...

Олег знал, что вряд ли понадобится на смене, если только сломается что-то, а это бывает нечасто. «Значит, никто беспокоить не будет. Ну и славно. Узнаем, что там, внизу. - Он сходил в раздевалку и нашел фонарь. Пошарил в шкафчике сменщиков и взял еще один. - Потом положу на место. Два всегда лучше. Так, прихвачу еще нож, на всякий случай».

Он вернулся на склад. Постоял, с опаской вдыхая подземный воздух: «Вдруг там бактерии вредные? Надо бы респиратор захватить. Да, если так собираться, полночи пройдет. Ладно, так полезу».

Нога осторожно ступила на лестницу. Кто ее знает, за столько лет... Олег аккуратно перенес тяжесть тела на ногу, согнувшись и, на всякий случай, упираясь руками в пол. Нормально. Держит. Он включил фонарь и спустился по ступеням.

Внизу был ход. Неширокий, с выложенным кирпичами потолком. Потеки влаги матово блестели на черных от грибка стенах. «Как тихо, - подумал он, - ну, еще бы. Кто здесь будет жить? Даже крысы не будут. Что им здесь жрать?»

За лестницей ход заканчивался, так что двигаться можно было только вперед. Олег прикинул: ход шел в сторону Невы и заметно снижался.  

Свет метался по гладким стенам и полу, ботинки Олега оставляли в грязи глубокие влажные следы. Фонарь высветил мерзкое членистоногое, быстро юркнувшее в какую-то щель.

- Вот гадость! - Олег терпеть не мог мокриц.

Впереди послышался шум. Олег двинулся дальше, и коридор закончился. Стены раздались вширь и вверх, стало заметно шумней. Олег посветил вокруг: большое помещение было практически пустым, какой-то столетний хлам валялся по углам, а главное: из комнаты было целых два выхода. «И что же здесь шумит?»

Он осмотрел груду хлама и вытащил раздавленный медный самовар. «Хм, раритет. А можно на металл сдать». Останки мебели Олег трогать не стал. Откуда все-таки шум? Он подошел к стене и прислушался. Вода, что ли? И вдруг догадался. Турбины! За стеной подвал турбинного отделения, а там давление в трубах и шум. Такой, что без наушников ходить невозможно. «Ага, понятно, где я. Но куда ведут эти проходы?»

Олег выбрал левый. Ход почти сразу повел вниз, причем достаточно круто и без ступеней, так что он едва не поскользнулся на влажном полу. Шум турбинного стих, и гостя подземелий вновь окутала тишина, гулкая и чуткая. Он слышал лишь свое дыхание и чавканье грязи под ботинками. Олег попытался представить, на какой он глубине, и ему стало не по себе. «Кто их знает, эти подземелья, вдруг еще обвалятся?» Он остановился и посветил в потолок. Не понять: вроде земляной, или это грибок на дереве? А стены выглядят крепкими, кое-где кладка из старого кирпича...

- Ладно, рискнем, - произнес он вполголоса, двинулся дальше и увидел, как черный человек, растопырив руки, преградил ему путь. «Уф, да это же подпорка, деревянный столб, черный от гнили... – облегченно выдохнул Олег. - Интересно, кто все это строил и зачем?»

Столбы стали встречаться чаще, каждые десять-двадцать шагов. И еще раз Олег немного вспотел, приняв столб за согнутую человеческую фигуру. «Да нет здесь никого, уже сто лет нет». Но страх не уходил. Олег не мог вспомнить, в какой момент возникло чувство опасности, но вдруг ощутил, как дрожат пальцы, и колеблется свет фонаря. Было жутко от темноты, тишины и заброшенности этого места. И потому, что он здесь один. Случись что - никто не поможет. Хватятся лишь утром...

Ход раздвоился. Олег поступил так, как прочитал однажды в какой-то книге: в лабиринтах надо двигаться только в одну сторону, держась одной рукой за стену. Тогда, если зайдешь в тупик, обязательно выйдешь обратно. «Если что, я по следам дорогу найду», - успокоил себя Олег.

Он посветил под ноги. Цепочка мелких отметин убегала во тьму. Крыса, что ли? Олег знал, как выглядят крысиные следы, но эти казались на них непохожими. И странными. Словно крыса была жирной и ползла, задевая брюхом пол. «Ладно. Крыса - не динозавр. - Олег усмехнулся, подбадривая себя. - Что я - девочка, крыс бояться? Буду идти налево, всегда налево».

Ход еще немного спустился и стал закручиваться вправо, словно шел по огромной спирали. Подпорки встречались все чаще, местами потолок зловеще проседал, и Олег аккуратно обходил такие места, стараясь ничего не касаться.

Фонарик стал тускнеть, и Олег достал второй. Включил. Стало светлее. Он миновал еще одну развилку, твердо держась левой стороны, и наклонный ход закончился недвижной черной лужей. Затоплен. Олег решил идти назад.

За спиной плеснуло.

Он резко развернулся. Сердце грохнуло. Луч фонаря осветил воду. Чернота. И беззвучные черные круги. «Может быть, воздух? Болота тоже пузыри пускают. Газы, - Олег посветил под ноги и увидел ту же цепочку следов. - Да здесь все в следах! И запах... Что за вонь!»

Сдерживая дыхание, он пошел назад. Теперь ему казалось, что темнота живет, неохотно расступаясь перед светом, незаметно подкрадываясь сзади и ожидая момента...

Олег едва не побежал, но взял себя в руки. Не хватало врезаться в сваю и себя похоронить.

«Неужели я так далеко забрался, - думал он, - шагая наверх. - Это ж какая глубина! И что там плеснуло, в затопленной яме? Рыба?» Приближаясь к выходу, он физически ощущал, как с плеч падает тяжесть лет, и мрак не казался таким осязаемым. «Напугался, - с улыбкой подумал он. - Просто камень отвалился и по воде плеснул. Ха-ха». Следы исправно вели назад, и Олег успокоился. Вот и большой зал...

Яркая вспышка ослепила. Олег вскрикнул и услышал ответный крик.

- Кто здесь?

- Олег, мать твою, чего орешь!

Это был Жорик, обходчик турбин. Они часто пересекались по работе, когда надо было что-то перекрыть для ремонта.

- Ты что тут делаешь? Да не свети в глаза!

- Тебя искать пошел, - Жора, мужик лет сорока, с фонарем и в ватнике нараспашку, подошел и протянул руку.

- А как ты сюда попал? – пожал его ладонь Олег.

- Да так, зашел поболтать... а Танька сказала: ты на соли, - сказал Жора. - Я покричал, ты не отзываешься. Потом смотрю: люк открытый, ну, я и полез глянуть. А там следы. Я так и понял, что это ты... Я этот подвал впервые вижу. Что здесь такое вообще?  

- Я тоже впервые вижу. Думаю, он постарше станции.

- Вполне может быть, - обходчик осветил фонариком старую кирпичную кладку. – Кирпич старый, такой давно не делают. А шум от турбинного. Выходит, если там стену пробить, можно сюда попасть. Хм... А ты дальше ходил?

- Ходил, - нехотя признался Олег.

- И что?

- А хрен его знает. Ходы. Длиннющие. Со сваями. Задолбался там бегать. Лабиринт настоящий.

- Да ладно, - Олег не видел лица приятеля, но по голосу понял разгоравшийся интерес. - Слушай, пошли вместе, посмотрим!

Олег задумался. А что, вдвоем веселей...

- У тебя фонарь заряжен? А то у меня один уже сел.

- Отлично заряжен! - потряс фонарем Жора. - Пошли.

- Да там смотреть особо не на что.

- В тупик пришел?

- Нет. Там развилок много.

- Так в чем дело? Пошли, глянем, может, найдем что-нибудь.

- Ладно, пошли.

Олег двинулся первым. Второй раз было не так страшно. Да и в первый он не боялся, пока не увидел странные следы. Что-то в них ему не нравилось...

- Ух, ни куя себе! - Жора высветил первую сваю. - Обалдеть! Ты и дальше ходил?

- Ага. Вон, мои следы, видишь?

- И что там?

- Тоннели. Заплутать можно запросто. Здесь я повернул налево и держался только левой стороны, чтобы не заблудиться, - пояснил Олег, когда они вышли на развилку.

- Ну, раз там ничего нет, пошли теперь направо, - предложил Жорик.

- Угу.  

Вдвоем было даже весело. Олег улыбался, слушая удивленные матюки обходчика. Тоннель был точной копией левого и тоже по спирали уходил вниз. К Неве. Олег вдруг понял это абсолютно точно. «По спирали к Неве - но зачем? И кто копал эти тоннели?»

- Слушай, а это что такое? - Жорик направил свет на цепочку следов. - Видишь?

- Я уже видел такие, там, - Олег мотнул головой в сторону.

- И что это, как думаешь? Крысы?

- Не знаю. Вряд ли.

- Почему? Кто еще здесь может быть?

- Надеюсь, что никого.

- Да ты струхнул! - заржал Жора. - Ты лицо свое видел?

- Не свети в глаза, блин! Что крысам тут жрать, скажи мне?

- Крысы всегда найдут, что жрать. Ладно, пошли дальше.

Здесь тоже стояли сваи.

- Лучше не прикасайся, - предупредил Олег. - Мало ли.

- Да, ясен пень.

Они спускались все ниже.

- Оба-на...

Очередная свая была сломана и лежала в грязи. С потолка сочилась вода.

- Может, вернемся? - сказал Олег. Вряд ли свая рухнула сама. Он осветил столб и увидел глубокие вмятины. Били топором? Зачем? Хотели обрушить тоннель?

- Да ладно, за сто лет не рухнуло, и сейчас не рухнет, - Жорик первым протиснулся вперед. - Пошли. Интересно ведь.

Олег заметил, что стены покрывали странные царапины. Словно тащили что-то угловатое, и оно с трудом пролезало в тоннель. И пол был весь изрыт, причем рытвины казались свежими, словно землю пропахали совсем недавно. Хотя, при здешней влажности это лишь кажется, подумал Олег. Здесь земля не засыхает, любая ямка кажется свежей...  

Вдруг ход закончился. Они оказались в зале размером со среднюю квартиру. Зияя мраком, из комнаты вели еще три тоннеля, но дальше идти Олегу не хотелось: ходы выглядели опасными. Один был завален осыпавшейся породой, в остальных опоры были вырваны и лежали на земле. А потом луч фонаря выхватил стоящий в центре залы камень. Олег подумал, что рывшие тоннель люди наткнулись на кусок скалы, но камень покрывали какие-то знаки и символы. Он был здесь явно неспроста...

- Ни хера себе, смотри!

Они попытались соскоблить ножами наросший на камне лишайник, но получалось плохо. Кажется, что-то нарисовано, а что – не понять. Какие-то линии, черточки, полукруги...

- Ни черта не разобрать, - сказал Жорик. - Но этот камень в музей надо, однозначно. Мы сделали открытие, чувак!

Олег молча кивнул. Ему здесь не нравилось. Эти следы на стенах, сломанные сваи с отметинами от топора...

- Слышишь?

- Что? - замер Жора.

Они вслушались в тишину.

- Показалось, наверное, - Олег и сам не знал, слышал ли он что-то, или это нервы. Как будто что-то щелкнуло...

Он сделал два шага вперед и невольно вскрикнул: посреди тоннеля, вытянув вперед костлявые руки, лежал человек, вернее, то, что от него осталось.

- Ого! - обходчик осветил находку. Судя по истлевшей одежде, останки лежали здесь давно. Очень давно.

- А где ноги? - спросил Жора. Их не было, как не было штанов и обуви. Словно человека разрубили надвое. Но чем? «И где остальное?» - с содроганием подумал Олег.  

- Слушай, думаю, дальше идти не надо.

- Почему? - удивился Жора, осматривая мертвяка.

- Потому что опасно. Я не пойду. Видишь: сваи рухнули!

- Да брось. Ерунда. Сваи рухнули, а потолок стоит! Значит, и без свай держится! Пошли, не ссы. Скелета испугался - так он мертвый, не укусит, а без ног не догонит, - Жорик хохотнул. - Давай сюда.

Они вошли в правый тоннель. Он оказался неожиданно коротким и привел в маленькую комнату. Здесь ход раздваивался, а у стены, между входами в тоннели, стоял большой, правильной четырехугольной формы камень. Олег подошел, потер камень перчаткой, и блеск окованного металлом угла выдал рукотворную вещь.  

- Оба-на! – радостно произнес Жорик. - Сундук! Я знал, что мы клад найдем!

Сердце Олега забилось. «Он прав. Сто пудов - клад! Кому придет в голову тащить сюда сундук? И видно, что древний! Неспроста!» Воображение рисовало горы золотых монет и бриллианты. «А почему нет? Сундук и мертвец - верные признаки сокровищ!»

Они осветили находку и увидели, что замка на сундуке нет. Видимо, скрытый. Поскоблив покрытую плесенью стенку, Жорик нашел отверстие для ключа. Попробовал открыть, упираясь пальцами в крышку.  Не вышло.

- Эх, надо было монтировку брать! - с досадой сказал Олег. - Как чувствовал!

- Да, блин, жалко! Ты прикинь, что там может быть, а? - звенящим от возбуждения голосом сказал Жора.

Олег осветил комнату еще раз. И только тогда обратил внимание на следы. В покрывавшей пол густой грязи виднелись четкие отпечатки, наподобие тех, что уже видел. Только намного больше. Намного.

- Слышь, Жора, смотри...

- Ты лучше сюда смотри! - обходчик поскоблил стенку сундука ножом. - Гляди: что-то написано.

- Ну и что, наверно, фамилия владельца или изготовителя. Жорик...

- Нужна монтировка! Или ломик, - приятель повернулся к Олегу. - Сбегай, а? Сбегаешь? Ты молодой, быстрей добежишь, а то скоро утро, смену сдавать надо.

«Нашел молодого, - подумал Олег, - ты лет на пять всего старше...»

- Так пошли вместе.

- Я здесь подожду, сундук поковыряю. Ничего со мной не случится.

- Ты уверен? - Олег не понимал, как Жорик будет сидеть здесь, в этих подземельях. Он бы ни за что не остался. Вдвоем пришли, вдвоем бы и ушли.

- Да иди уже! - крикнул Жора. - Давно пришел бы.

- Только ты никуда не уходи! Понял?

- Да понял я.

Олег бросился назад. Предстоящее дело будоражило, адреналин бурлил, и Олег быстро добрался до выхода.

Свет! Соляной склад освещался скудно, но после тоннелей Олегу казалось, что он на улице днем. Хотя ночь еще не кончилась. Он выбрался наружу и жадно вздохнул. Чистый воздух бодрил, правда, нос Олега тотчас уловил знакомый запах аммиака. Снова подтекает насос...  

Здесь подземелья казались жуткой фантазией, и лишь открытый чугунный люк напоминал о них. И Жорике, оставшемся там.

Он достал мобильник и посмотрел на часы: уже три! Осталось не так много до конца смены. И как Жорик сидит в темноте?

Олег забежал на смену. Все, как обычно. Девчонки треплются о чем-то, ну и пусть. Он показался на глаза, махнул рукой и побежал в слесарную. Там взял монтировку. Постоял, подумал, что еще взять. Отобрал крепкую отвертку, молоток и зубило - вскрывать сундук. Побежал назад, представляя, как глубоко там, внизу, где ждет Жора. «Сколько, интересно, метров, глубина? - думал Олег, пробегая мимо фильтров. - Десять? Нет, больше, гораздо больше, двадцать, наверно! Кто копал эти тоннели? Зачем? Ради того, чтобы спрятать сундук? Не слишком ли глубоко для такого?»

Он остановился перед люком, чувствуя беспричинный страх. Отчаянно расхотелось лезть туда, в эти чертовы копи, но там Жорик, и он ждет...

Олег включил фонарь и стал спускаться.

Вниз бежалось легче. К тому же он видел следы и уже немного помнил дорогу. Чем быстрее он приближался к комнате с сундуком, тем сильнее хотелось окликнуть Жорика, но Олег сдерживался, сам не зная почему. То ли боялся, что от крика рухнет этот древний потолок, то ли еще чего-то... Он не знал. «Что же там были за следы? - в очередной раз подумал он. - Вот и развилка. Здесь направо».

- Жорик!

В комнате с сундуком никого не было. Луч фонаря метался по мокрым стенам и потолку.

- Жорик, кончай прятаться! Ты где?

Тишина, густая и ватная. Олег напряженно вслушивался.  

- Жора, я инструменты принес... - проговорил он внезапно севшим голосом. «Куда он делся? Сказал же: никуда не уходить! Или прикалываешься?»

- Сука, если это шуточки, я тебе морду раскрою! – выкрикнул он.  

Тьма не ответила.

«Варианта два, - решил Олег. - Или он ушел за мной. Или пошел дальше. Сундук он не ломал, да и нечем. По следам найти можно – но мы натоптали здесь достаточно».

Олег подошел к одному из тоннелей, посветил, не заходя внутрь. Ничего примечательного. Он посветил в следующий. Черная дыра уходила вниз под острым углом. И там что-то было...

Проход был невысок, пришлось нагнуть голову. Здесь тоже виднелись странные следы. Стараясь о них не думать, Олег прошел чуть вперед и похолодел: на полу штольни лежал ботинок Жорика.

- Жорик! - громко крикнул Олег. Тишина. Если это шутка, то странная. Вряд ли Жора будет прятаться в одном ботинке. Да и следов его нет! Зато на мокром глинистом полу - странный след от чего-то тяжелого. Свежий след. А может, Жора шел и что-то тащил за собой? Вот следы и стерлись... Вполне может быть, подумал он.

Олег двинулся вперед. И услышал звук. То ли стук, то ли щелчок.

- Жора!

Тишина. Олег сжал в руке монтировку, заметив, что фонарь светит не так ярко. Черт, еще этого не хватало. Без света отсюда вообще не выбраться.

Стало страшно. Здесь что-то есть. Что-то живое. Следы и странные звуки... Но что? Кто может жить в этих тоннелях? Ход снова раздвоился. Олег осмотрел пол, пытаясь понять, куда мог пойти Жорик. Странные следы были здесь повсюду.

Может, побежать за помощью? Но если с Жорой что-то случится, скажут, что он бросил товарища и убежал. А если Жора в порядке и прячется, вообще засмеют...

- Жора, хватит уже! Кончай прятаться.

Никто не ответил. Свежий след вел налево. Олег двинулся по нему и уткнулся в наклонный ход, в конце которого матово отсвечивала черная гладь воды. Тупик. Такой же, как и в том тоннеле, куда он ходил один. «Назад, посмотрим, что там в правом».

Едва войдя в черную кишку, Олег почуял запах. Пахло гнилью и чем-то тошнотворно сладким. Прикрыв нос рукой, он пошел дальше и оказался в пещере. Именно в пещере, потому что это помещение не могло быть вырыто людьми. Что-то хрустнуло под ботинком. Олег посветил: из-под слоя грязи торчал обломок желтой кости. Луч фонаря метнулся дальше, и Олег обомлел: пол был усеян рыбьими костями. Некоторые были настолько огромными, что в их черепа можно было засунуть голову, и он не верил глазам: не может быть, чтобы такие рыбины водились в Неве. Да и рыбы ли это? Откуда все эти кости?

- Жора, - тихонько позвал он, чувствуя, как стены пещеры почти осязаемо сдвигаются, словно глотка неведомого чудовища. А он, дурак, сам забрался в его пасть... Луч света упал на знакомый ватник. Жора! Прислушиваясь к тишине, Олег подошел ближе и замер: ватник есть - а Жоры в нем не было. Олег сунул монтировку подмышку и поднял находку. Нижняя пола была оборвана, из нее торчал испачканный кровью наполнитель.

Олег попятился. Нет, надо валить! Он бросился обратно, выскочил на развилку, посветил и обомлел: из левого тоннеля навстречу вылезало чудовище. Огромное, закованное в шипастый панцирь, тело и две чудовищных клешни спереди.

Олег вскрикнул и кинулся вперед, успев проскочить развилку перед носом у монстра, еще секунда - и путь был бы отрезан... Отмахнувшись от двухметровых усов, Олег бросился в тоннель и услышал, как за спиной сухо щелкнула гигантская клешня.

Поскальзываясь в грязи, Олег бежал, не разбирая дороги. Вот комната с сундуком. Куда теперь: налево или направо? Он с ужасом понял, что забыл. Следы! Он посветил фонариком вниз и понял, что они с Жориком наследили так, что теперь не разобраться...

Он повернул фонарь на звук: чудовище шустро вползало в комнату, шевеля множеством маленьких лапок, и Олег понял, что за следы он видел повсюду. Таких же, как он, тварей, только помельче. А это...

Размышлять, что это: рак-переросток или древний реликт, времени не было. Олег бросился в ближайший проход, бежал, не разбирая дороги, и скоро понял, что свернул не туда... Он завыл от ужаса, но быстро прикрыл рот. Нельзя себя выдавать. Может, оно не услышит и не найдет?  

Но тварь шуршала очень близко. «Ползет!» Он увидел показавшиеся из-за поворота усы и побежал, но фонарь вдруг мигнул и погас. «Батарейки!»

- Нет, нет, нет! - заорал Олег, колотя ладонью по фонарику. - Включайся, пожалуйста!

Фонарь зажегся, но светил тускло. Олег посветил назад, и увидел морду чудовища - оно подползло почти вплотную. Ус протянулся, коснувшись Олега, и тотчас зазубренная клешня едва не схватила его. Он ударил по ней монтировкой - железка отскочила от панциря. Он не успел отступить, и вторая клешня молниеносно ухватила за предплечье. Олег закричал, чувствуя, как, разрывая плоть, в тело входит острый хитин. Он пытался выдернуть руку, но раздался хруст, и кисть с зажатой в пальцах монтировкой упала на землю.

Олег побежал. Крича от боли и ужаса, чувствуя, как из оторванной руки хлещет кровь. Слабеющий луч света выхватывал черные гнилые сваи, дождь капель с потолка. Он протиснулся мимо первой, надеясь, что чудище застрянет и дальше не пройдет, но, услышав треск и шум падающего бревна, понял, что напрасно. Фонарик высветил занесенную клешню. Удар. Свая валится в грязь. Быстрее!

Чувствуя, как уходит кровь, он изо всех сил сжал обрубок пальцами. Фонарь стал скользким от крови, но еще светил.

Олег увидел следующую сваю: накренившись, она едва сдерживала потолок, под ней лежала груда мокрой, осыпавшейся породы. И понял, что надо сделать.

Олег с разбега налетел на бревно. Оно пошатнулось. Еще раз! Он отступил и бросился всем телом. Свая дрогнула и, скрипя, медленно поехала вниз. Олег прыгнул, слыша, как за спиной сыплются камни. Получи, тварь!

Тяжело дыша, он осветил обвалившуюся породу. И застыл: из-под камней показался тоненький ручеек воды. Он быстро ширился, превращаясь в поток. Послышался плеск. Надо бежать! По-любому, пути назад нет. Зато и твари нет тоже! Теперь Олег понял, что было нарисовано на камне. Что значили черточки и полукруги... Чем был камень: алтарем для жертвоприношений или обелиском-предостережением – теперь было безразлично. 

Его трясло, ноги подкашивались. Вода обогнала, бурной струей утекая куда-то во тьму. Скорей, пока еще есть свет. Как же болит рука! Олег упал на колени, сдернул куртку, ножом отмахнул рукав и наскоро перетянул обрубок. Только бы унялась кровь! Теперь он знал, что случилось с Жорой. «Ну, а я еще жив. И выберусь. У меня жена, доченька, Леночка... Я выберусь!» - пообещал он себе, поднялся и пошел вперед, но через десяток метров свет померк. Тьма беззвучно засмеялась, холодными пальцами забираясь за шиворот.

- Черт, включайся! Давай! - Олег ударил фонариком по ноге. Света не было.

- Нет! - зажав фонарик между ног, он открутил крышку, стал на колени и высыпал на штаны батарейки. Холодная вода залила ботинки, ледяными мурашками пробираясь по коже. Олег поменял батарейки местами, потер об одежду, засунул в фонарь - не сработало. Он вспомнил про телефон. Бросил фонарь и лихорадочно ощупал карманы. «Вот он, вот, родимый!» Мобильник засветился. «Ага, зарядка есть! Немного, но теперь я что-то вижу!» 

Он побрел вперед. Боль и слабость лишали сил, но страх и прибывавшая вода заставляли идти быстрее. Ничего, и так доберусь, главное: чудовище засыпано. Если держаться одной стороны... Олег ждал, когда ход начнет подниматься наверх, но, судя по бьющей по щиколоткам воде, тоннель уводил все глубже. Ботинки промокли, ступни заледенели и почти ничего не чувствовали. Он шел, пока не споткнулся. Здоровая рука инстинктивно пошла вперед, спасая тело от падения. Мобильник ушел под воду и...

- Нет! Черт! Нет! Нет! – он кричал, пока не понял, что бесполезно. Телефон умер. Но он еще жив и может выбраться!

 Олег брел в темноте, пока не упал на кучу осыпавшейся земли. Ощупал препятствие и взвыл: тупик! Ход завален. Паника схватила за сердце и лишила дыхания. Олег беззвучно глотал воздух, как рыба. На мгновенье показалось: все это сон, и надо просыпаться, но боль в обрубке предплечья вернула к реальности. «Зачем я полез в этот люк? Зачем? Сейчас все было бы по-другому»... Внезапная мысль придала сил: «Ведь я касался рукой одной стенки, а второй нет. Я мог пропустить проход. Точно. Не будь его, вода скопилась бы здесь, в тупике, а ее совсем немного... Надо искать. Там может быть выход!» Олег отчаянно пожалел, что не курит: у курильщика всегда есть спички или зажигалка.

Он двинулся назад, и услышал шум: плеск и шуршание земли под чьим-то массивным телом. Не может быть! Холодная волна окатила, подбираясь к коленям. Тварь была близко.

Он заплакал и вытащил нож. Шорох приближался. Олег сбросил куртку и обмотал вокруг руки с ножом. Если перехватит, будет шанс вырваться... Но куда бежать?

Олег услышал плеск и шорох задевавшего земляные стенки панциря. В ноздри ударил запах, тот, что он чувствовал в подземном гроте: запах гнили, разложения и смерти. Длинный гибкий ус коснулся лица. Отчаянно вскрикнув, Олег бросился вперед. Клешня щелкнула...

 

         - А где Олег? – спросил Женя, входя на смену. Таня пожала плечами:

         - Не знаю. Он на соли всю ночь был. Работал.

         Женя пошел на склад. Олег хорошо потрудился: соляная куча изрядно раздроблена, баки полные. Только водой не залиты. Хм. Времени, что ли, не было? Он подошел ближе и в углу у стены увидел открытый люк. Глянул в черноту. Подвал какой-то. Женя работал вторую неделю, не все еще знал. Об этом люке ему не говорили... Скоро начальник придет, а люк открытый. Непорядок.

         Он спустился на несколько ступенек и замер, вглядываясь во тьму:   

         - Э-ге-ей! Есть тут кто? 

         Когда глаза привыкли к полумраку, Женя разглядел затопленный водой тоннель. Он выбрался, захлопнул люк и пошел искать Олега.