Саги Арнира. Оружие Древних

 

Глава 2. За Кхин!

 

         Небольшой рыбацкий поселок бурлил. Не каждый день к потрепанной пристани пристает такой корабль! Не каждый день у жителей скупают корзинами вяленую рыбу, мясо и овощи, щедро расплачиваясь асирами. Нечасто в далекое приграничное селенье приходит столько воинов.

- Никак морроны зашевелились, - тревожно шептались селяне. - Неспроста это!

         Хотя каждый мальчишка знал: здесь Кхин так широк и полноводен, что чернолицым никогда не перебраться на этот берег. Разве в верховьях и жарким летом, когда пересыхают притоки, и великая река мелеет, местами превращаясь в неглубокий ручей...

         На расспросы никто из прибывших не отвечал, и тревога хешимов усиливалась.

- Быть войне! - сказал усатый староста окружившим его селянам, и самые осторожные принялись собирать пожитки.

         С удивлением обнаружив среди воинов фагира, рыбаки бросились к нему:

- Да благословит тебя владыка вод Эльмер! Скажи нам, будет ли война? Нам надо знать, чтобы спасти наших детей!

- Успокойтесь и идите по домам, - несмотря на молодость, фагир обладал даром убеждения. Да и как не верить служителю Сущих! - Вам ничего не угрожает. Мы приплыли, чтобы пополнить запасы, и скоро вас покинем. Опасности нет.

- Куда же вы направляетесь? - спросил кто-то. Фагир улыбнулся:

- Никуда. Просто проверяем границы.

         За его спиной под присмотром грузного широкоплечего воина моряки грузили на борт мешки и корзины с припасами. Воины в погрузке не участвовали. Одни отдыхали на корабле, развлекаясь игрой в кости, другие шатались по деревне, заигрывая с местными девушками, кто-то просто спал. И ни один, как не расспрашивали селяне, не проронил ни слова о том, куда плывет корабль.

         Закончив с погрузкой, помощник фагира подошел к сидящему на нагретой солнцем палубе невысокому воину и хлопнул его по плечу:

- Скучаешь, Улнар? Скоро отправимся!

         Тот поднял глаза:

- Нет, Хаггар. Я не тороплюсь, - голос воина звучал размеренно, но в темных глазах билась беспокойная мысль.

- Зато он, - Хаггар кивнул в сторону фагира, - торопится. Не к добру эта спешка, как думаешь, Улнар?

- Все в воле Сущих, - притронулся к красной головной повязке - тофу - воин.

- Я давно хотел спросить: почему ты не стал фагиром? - рассмеялся Хаггар. Он отцепил от пояса флягу размером с полведра и сделал залихватский глоток. - Жара!

- Это не мой путь, - проронил Улнар.

- Знать бы, где наш путь, - утирая пепельно-рыжие усы, буркнул Хаггар. - Я никогда не понимал: если все предопределено богами, почему они не скажут людям об их судьбе? Если б я знал, что не стоит играть в кости с тем ушлым гурданцем, то мои асиры остались бы при мне, и я бы не стоял здесь, а пил холодное пиво в Ринерессе...

         Улнар лишь усмехнулся в ответ. Как знать. Не встреть он Хаггара в Ринерессе, и не требуйся тому воины, что бы он делал тогда? Но Великий Игнир хранит его - и вот он на пути в Кхинор, и цель - далекий Гунорбохор - стала чуть ближе. Отряд Хаггара пойдет на запад, какое-то время он будет с ними. Потом их пути разойдутся. Зелье морронов заканчивается, и он должен добраться до Гунорбохора прежде, чем иссякнет последняя пылинка черной пыльцы. Иначе - смерть.

         Со дня вербовки и во время пути до корабля Улнар сидел в одиночестве, не торопясь заводить знакомых, не говоря уже о друзьях. Впереди нелегкий поход, стычки и битвы. Он увидит, кто чего стоит. В Братстве вольных воинов Улнара называли Честным, а кто-то звал Угрюмым. Его уважали, но немногие могли назваться его товарищами. Улнар знал это и был доволен тем, что есть. Теряя друзей в походах, заковываешь сердце в броню, не прикипая ни к друзьям, ни к женщинам. Есть давний приятель Хаггар - и достаточно. По крайне мере, здесь...

         Он вспомнил Элану - первую женщину, разбудившую в нем неведомые прежде чувства. Из-за дочери одана Улнар едва не простился с жизнью - но не жалел о былом ни на минуту. Если Игнир спас из стольких передряг, значит, богу нужно, чтобы Улнар жил. А для чего - покажет время.

         Бормоча молитву, воин притронулся к тофу и услышал:

- Молишься? Думаешь, поможет?

         Перед ним стоял Маррод. Оплетенная кожей рукоять длинного меча виднелась из-за спины наемника, предплечья стягивали простые кольчужные наручи. Сейчас он не походил на гордого эмона, которым знал его Улнар.

         Вольный воин поднялся. Глаза былых соперников встретились:

- Игнир всегда помогает мне.

- Верь не богам, а своему мечу! - Маррод смерил воина взглядом и повернулся, чтобы уйти. Но замер, услышав брошенную в спину фразу:

- Я запомню твой совет, Маррод.  

         В глазах Маррода вспыхнула угроза. Из всего отряда лишь Улнар знал его настоящее имя. Остальным он назвался Дорраном.

         Улнар не знал, зачем Маррод скрывает имя - и знать не хотел. Не его это дело. Но, похоже, Маррод делал это неспроста. Иначе бы так недвусмысленно не дотронулся до рукояти кинжала за поясом... 

- Мое имя Дорран. Запомни это накрепко! - Маррод хищно усмехнулся и ушел.

         Улнар посмотрел ему вслед. Ему не нравился этот человек. Не потому, что когда-то они бились насмерть, и Маррод одержал верх, а Улнар чудом выжил. Злобы к нему не было, а было странное чувство, то ли горечь, то ли сожаление... ощущение чего-то, чего воин не мог выразить даже в мыслях. Интересно, Маррод убьет его, если Улнар расскажет всем, кто тот на самом деле?

- Он не прав, - сказал, появляясь рядом, фагир. - Я слышал, о чем вы говорили.

         Улнар замер. Что он слышал?

- Игнир твой покровитель, воин? Это о многом говорит.

- О чем?

- Игнир младший из Четырех Сущих, - сказал служитель богов. - Его око цвета крови и ярости. Те, кто выкрикивают его имя в бою, получают его силу. Те, кто смиренно молится, знают другие качества бога: верность и честь. Ведь это Игнир спас братьев от войны, которая едва не уничтожила этот мир. Это удалось только потому, что он всегда был честен.

         Улнар отвел глаза. Мальчишка словно заглянул в душу. Он не так прост, хоть и молод, этот Шенн. 

- Да хранит тебя твой покровитель, воин, - фагир поклонился и отошел.

- А тебя пусть хранит твой, - традиционной фразой ответил воин, заметив цвет висевшего на шее фагира камня. Желтый цвет - цвет глаз Алгора.

         Не все вольные воины верили в богов. Большинство носили тофы для приличия, сами же никогда не молились, уподобляясь еретикам-мергинам. Подобных Улнару было немного, в походах воин не раз слышал насмешки товарищей, но относился к этому снисходительно и спокойно. Ни смерть матери, случившаяся в месяц Игнира, ни другие беды не могли пошатнуть его веру. Общение с божеством было для Улнара радостью, в молитвах он доверял богу самое сокровенное и знал, что будет услышан.

         Половину отряда Улнар уже знал по именам. Вот идет молодой стрелок Семир, там, на корме, неугомонный эшнарец Эрбин играет в кости с гурданцем Эвраном. С остальными он еще не был знаком. Успеется. Улнар заметил, что Маррод тоже держится особняком, не общаясь ни с кем на корабле.

         Наконец, поднялись сходни, и воин услышал бодрый рев Хаггара:

- Отплываем! Храни нас, Эльмер!

         Моряки оттолкнули корабль баграми и быстро расправили парус. Ветер был попутным. Добрый знак.

         Воины притихли, даже говорливый Эрбин умолк, провожая взглядом отдалявшийся берег.

- Да хранят нас Сущие! - негромко проронил кто-то. Улнар глядел на предводителя. Шенн был спокоен, смуглое скуластое лицо фагира оставалось отрешенно-сосредоточенным. Воин заметил: вместо привычного глазу балахона служителя Сущих, на Шенне был кожаный доспех с нашитыми на груди стальными пластинами, на руках - перчатки. Оружия, правда, у фагира не наблюдалось.

         Едва отплыли от берега, рыжебородый Хаггар собрал воинов на палубе.

- С этой минуты мы слушаем приказы мастера! - обведя пристальным взглядом лица бойцов, сказал он. - И я тоже. Мастер Шенн наш проводник и командир. Те, кто не бывал в Кхиноре, должны уяснить: приказы должны выполняться быстро и точно, если хотите выжить и получить свою награду.

         Хаггар умолк и посмотрел на Шенна. Фагир кивнул:

- Хорошо, Хаггар. Теперь я скажу.

         Воины с любопытством смотрели на проводника. Мало того, что молод, так еще и фагир.

- Я поведу вас через Кхинор, - сказал Шенн. - Вы наемники, вам заплатят большие деньги, но... я хочу, чтобы вы думали не об асирах, но о людях на той стороне.

         Рука фагира в странной черной перчатке с нашитыми металлическими бляхами указала за корму, на восток.

- Если мы не достигнем цели, Арнир ждет беда, - сказал он. - Большая беда.

         Воины переглянулись. О чем он толкует?

- Потому вам и обещана такая награда, - сказал фагир.

- Что может случиться с Арниром? Какая беда? - недоверчиво спросил один из воинов. - Морроны нападут?

- Я не могу рассказать, всего и сам не знаю. Знаю лишь цель, то, что предстоит разыскать и привезти в Ринересс. От этого будут зависеть жизни тысяч людей.

- И что это? - спросил Маррод. Шенн взглянул на эмона:

- Узнаете. В свое время. Мы должны добраться до места, где хранится карта. Дальше она поведет нас.

- А далеко ли придется идти, мастер Шенн?

         Вопрос задал эшнарец. Держа на плече боевой топор, он шагнул вперед и ухмыльнулся. Правильный вопрос, подумал Улнар. Лишний день в Кхиноре - лишняя схватка со смертью и меньше шансов выжить.

- Не более трех дней до Руаннора. Это мертвый город в песках. Там будет первая остановка. И там нас будут ждать.

- Будут ждать? - удивленно спросил один из воинов, худой и жилистый уроженец Гурдана. – Кто?

- Древний. Мой учитель.

         Бойцы изумленно переглянулись. Ну, дела! Молодой фагир учился у древнего, да еще и в Кхиноре! Возможно ли такое? 

- Он ждет меня. И даст карту, по которой мы пойдем дальше.

- Карту? Карту Кхинора? - изумленно переспросил Эрбин. - Клянусь всеми Сущими, откуда у него такая карта?!

- Что тут удивительного? Когда-то древние владели миром, - сказал Ильдорн. Он был эмоном, но в отличие от Маррода, в нем чувствовалась порода. Но с простыми воинами он держался дружелюбно.  

- Хватит об этом! - решительно прервал Шенн. - Я сказал все, что хотел. Теперь скажет Хаггар. Он моя правая рука, в бою будет командовать он.

         Улнар удовлетворенно кивнул: парень тверд, хоть и молод. Умеет зубы показать.

- Позволь вопрос, мастер! - поднял руку Маррод. Шенн кивнул:

- Я слушаю, Дорран.

- Тебе приходилось убивать?

         Воины переглянулись. Кто-то усмехнулся. Хаггар недобро оскалился в бороду. Маррод оставил его яростный взгляд без внимания.

- Чаще, чем хотелось бы, - ответил Шенн.

         Маррод усмехнулся и склонил голову, давая понять, что удовлетворен.

- Каждый понесет провизию и воду на три дня, - сказал Хаггар. - Нас десять человек, таким образом, запасов хватит надолго. Мясо мы можем добыть по дороге, а вот воды на равнине мало, ее надо беречь, пока не дойдем до места, указанного мастером Шенном. Там есть источник. Далее. Каждую ночь я буду назначать охрану. Двух человек. Если заснете на посту, не взыщите: лично перережу горло... Мне не нужны ротозеи, и я не допущу, чтобы из-за одного погиб весь отряд!

         Улнар смотрел на бойцов. Никто не возразил Хаггару, и это было хорошо. Неизвестно, каковы они в бою, но парни должны понять: в Кхиноре умение владеть оружием - не главное. Важнее чувство плеча и выручка. Без этого они быстро станут морронским кормом.

- То же касается боя. Никто не нападает, и не бежит без команды. Запомните это, если хотите жить и получить свою награду.

- И пусть поможет нам красноликий Игнир! - завершил фагир. Улнар склонил голову, кончиками пальцев касаясь тофа на лбу, потом груди. Все воины повторили жест. Это был знак почтения Игниру, покровителю воинов.

- А теперь готовимся! - сказал Хаггар. - Скоро высадка.

         Люди задвигались, зашумели, развязывая походные мешки. Свободные от вахты моряки смотрели, как воины облачаются в сталь.

         Улнар не торопился, тщательно подгоняя ремни на панцире. В таком деле спешка не нужна. Одеваясь, он наблюдал за соратниками: кто как одет и вооружен. Опытному воину это о многом скажет.

         Большинство наемников носили  прямые арнские мечи в два локтя, лишь Хаггар расхаживал с любимой двуручной секирой. Единственным стрелком был Семир. Сидя на палубе, лучник тщательно осматривал каждую стрелу в своем колчане. Улнар одобрительно кивнул, отвел глаза и занялся экипировкой. Опыт походов в Кхинор научил его быть внимательным к мелочам. На этих равнинах все, каждая стрела или развязавшийся ремень могут сыграть спасительную или роковую роль. Небрежно пригнанное снаряжение натрет спину или звоном выдаст тебя, плохо наточенный меч не прорежет защиту врага... 

         Хаггар прохаживался между воинами.

- Это что? - наметанный взгляд рубаки выхватил болтавшиеся на поясе Семира деревянные ножны. - Сними!

         Стрелок подчинился.

- Замени на кожаную петлю, дерево не годится! Это всех касается!

         Хаггар двинулся дальше.

- Ты что на себя надел?

- Шлем, Хаггар, ты что, не видишь? - горделиво поворачивая голову, сказал Эрбин. - Отличная сталь!

- У нас уже есть походный котел, - бросил Хаггар, - и второй не нужен. В этой железке твои мозги сварятся быстрее, чем ты дойдешь до места. Вон, Улнар оделся как надо!

- Шлем нужен. Мне надо защищать голову! - возразил эшнарец.

- Я всегда подозревал, что она - твое слабое место, - буркнул Хаггар и отошел. Эрбин сплюнул. Он давно знал Хаггара и не обиделся.

         Когда все были готовы, Хаггар вынес котелок с густой буро-зеленой жижей:

- Смажьте этим оружие. И доспехи.

- Яд для морронов? - усмехнулся Семир.

- Нет, приправа, чтобы вкуснее тебя сожрать.

         Ходившим в Кхинор не надо было объяснять. Улнар и Эрбин первыми зачерпнули зеленый отвар и смазали лезвия мечей и металл на доспехах. Блестевшее на солнце оружие видно издалека – так зачем выдавать себя морронам? Красящая масса быстро сохла, Хаггар оглядел переставший сверкать сталью отряд и удовлетворенно кивнул. Неплохо.

         До берега оставалось совсем немного. Теперь узкая полоска воды широной в бросок копья отделяла отряд от владений чернолицых. В этих местах Улнар не был. Они спустились вниз по реке много южнее, воин предполагал, что никто из отряда здесь не высаживался. А вот мастер Шенн сказал, что бывал. Что ж, это хорошо, но... В Кхиноре выживает не тот, кто знает местность, а тот, кто умеет воевать с чернолицыми, умеет скрываться и выживать. Хаггар и эшнарец состояли в Братстве и не раз ходили в Кхинор, силу Маррода Улнару довелось испробовать на себе, чего стоят остальные - еще предстояло узнать.

 

 

Глава 3. Высадка.

 

         Широкий нос корабля ткнулся в песчаный, покрытый редкой травой, берег. Вот он, Кхинор, с виду обычная земля, но каждый арн знает - это земля смерти, владения чернолицых морронов.

- Эвран, вдоль реки налево! Улнар - направо! - скомандовал Хаггар.

         Вольный воин знал, что делать, и за невысоким жилистым воином спрыгнул на песок. Они прикроют высадку, а в случае появления морронов дадут сигнал товарищам.

- Отряд, на берег!

         Воины спрыгивали на мокрый песок, оглядывались, поправляли оружие.

- Оставайтесь неподалеку, - сказал капитану Шенн. - Если в течение суток не вернемся, отплывайте.

         Капитан, арн с холеными длинными усами, поклонился:

- Все исполню, как велишь, господин.

         Шенн последним сошел с корабля. Сердце фагира часто билось, но не от страха. Скоро он окажется там, где бывал, увидит до боли знакомые края и встретит учителя! Надеется, что встретит...

         Улнар легко бежал по песку. Тщательно пригнанное оружие не звенело и не мешало движению. Воины Братства, ходившие за Кхин, быстро поняли: тяжелое вооружение не годится в этих местах. Да, шлемы и крепкие латы - хорошая защита от одетых в кожу кочевников, но в них быстрее устаешь, теряется мобильность и скорость. А морроны двигаются быстро. Как беспощадные хищники, они могут преследовать долго, изматывая внезапными бросками...

         Улнар взбежал на пригорок и приник к земле, оглядывая горизонт. Кажется, все спокойно. Ни движения, ни дыма костров. Лишь серые облака резво бежали по небу туда, где находился Гунорбохор. "Я доберусь до тебя!" - подумал Улнар. Воин оглянулся: корабль медленно отчаливал. "Теперь наши жизни в наших руках," - подумал он. Сердце забилось чуть сильнее, и Улнар притронулся к тофу:

- Великий Игнир, помоги добраться до цели!

         Словно услышав его слова, тучи разошлись, и солнечный свет хлынул на землю.

         Улнар увидел, как крошечный отряд начал движение. Воин приподнялся и пошел параллельно ему. Впереди и по левую сторону двигались другие разведчики. Их задача - первыми обнаружить опасность, ибо в Кхиноре обычно побеждал тот, кто нападал первым. Опытный Хаггар шел впереди отряда, и это было правильно. Улнар никогда бы не доверил это место новичку, не бывавшему за великой рекой. Даже такому воину, как Маррод. Потому что разведчику не нужно быть сильным или отлично драться на мечах - прежде всего он должен быть незаметным и чуять врага.

         Солнце палило нещадно. Жара была еще одной причиной, по которой вольные воины не носили лат - под ними было ужасно жарко. Металл быстро нагревался, и находиться внутри железной печки становилось невыносимо. Хаггар пытался объяснить это новичкам еще в столице, но, судя по доспехам некоторых, слушали его не все. Напрасно. Скоро они узнают жаркое дыхание Кхинора. Хорошо, что никто не взял двуручных мечей и секир. Морроны не носят железных доспехов, значит, тяжелое двуручное оружие ни к чему. Огромная секира была у Хаггара, но Улнар знал: командир вынослив и силен, как крог, воин управлялся с секирой, как с прутиком.

         Испуганно пискнув, из-под ног сиганул зверек. Улнар до рези в глазах всматривался в лежащую перед ними равнину. Ни деревца, ни камня. Любой человек или зверь здесь - как на ладони. Словно почувствовав что-то, он глянул наверх. Высоко кружа, над ними парили несколько огромных птиц. Охотники и падальщики. Говорят, они чуят кровь...

         Улнар заметил, что ему машут, и подбежал.

- Привал, - объявил Хаггар, снимая кожаный шлем. Длинные седые волосы воина слиплись от пота. Десятник отцепил от пояса флягу и глотнул.

         Воины сняли заплечные мешки и расположились на земле. Улнар еле заметно улыбнулся: сразу видно, кто в Кхиноре впервые. Бывалые рубаки сели бы спинами друг к другу, чтобы видеть все, что происходит вокруг, эти же сели друг к другу лицом. Хаггар перехватил его взгляд, ухмыльнулся краешком рта, но ничего не сказал.

         Едва присев, Эрбин полез в мешок, извлек хлеб и вяленое мясо и стал есть, смахивая крошки с черной, заплетенной в две косы, бороды. Усевшийся спиной к нему Хаггар снял сапоги, подставляя ноги ветерку. Воин был массивен и широкоплеч, а сидя и вовсе казался квадратным. Улнар перехватил его взгляд:  светло-голубые глаза Хаггара излучали спокойствие и уверенность, присущие всем сильным людям.

- А ведь я тебя помню, - прожевывая мясо, проговорил эшнарец. - Ты был в отряде Торланда, ведь так?

- Да, мой второй поход, - проговорил  Улнар, коснувшись шрама над переносицей. - Я едва не погиб тогда.

- Говорят, ты хорошо бился, - сказал  Эрбин, утирая рот. - Торланд не ошибся, приняв тебя в Братство.

         Улнар молча кивнул, замечая, что многие прислушались к их разговору. Сейчас он чувствовал то, что ощущал каждый раз, попадая в Кхинор: окружение неведомого и страшного мира. Что ждало их впереди, не мог предвидеть никто. Эти края были краями смерти, ибо существа, обитавшие здесь, не знали жалости...

         Они двинулись дальше. Холмы сменились широкой долиной с высохшим руслом реки, заросшим высокими, выше пояса, травами. Судя по солнцу, проводник вел их на северо-запад.

         Отряд взобрался на холм, с которого открылась бескрайняя равнина, усеянная обломками скал и простиравшаяся до самого горизонта. Каменистая Равнина.

- Может, сделаем здесь привал? - спросил кто-то. - Хорошее место. Видно все вокруг.

- А нас видно еще лучше, - буркнул Эрбин, снимая шлем и вытирая катящийся со лба пот.

         Хаггар огляделся:

- Эрбин прав. Нам лучше спуститься, - сказал он. - Внизу отдохнем.

         Воины сошли с холма и на этот раз расселись, как надо - Хаггар втолковал по дороге. Вдруг Семир вскочил на ноги:

- Смотрите!

- Что случилось? - отряд вскочил на ноги. Кто-то схватился за оружие. Семир раздвинул траву носком сапога:

- Кости...

         В траве белели скелеты неизвестных воинов, рядом валялось проржавевшее оружие.

- Они дошли только досюда, - сказал Идгерн. Из всего отряда он единственный был знатного рода. С начала похода Улнар опасался, что эмон начнет ставить себя выше прочих, но пока тот ничем не выделялся. Разве что эфесами двух коротких мечей, украшенными драгоценными камнями. Дорогие клинки. "Интересно, - подумал Улнар, - зачем он ввязался в этот поход, ведь вряд ли из-за денег?"

         Хаггар пожал плечами. Лицо десятника выражало полное равнодушие.

- Кто знает, может, это морроны? - предположил ринересец Кронир, пнув ногой ржавый разрубленный шлем.

- Отдыхайте и подкрепляйте силы, - сказал Хаггар. - Сегодня сделаем еще переход и заночуем.

         Воины расселись, почти скрывшись в высокой траве. Улнар немного поел и попил воды. Фляга на поясе нагрелась, и вода была теплой, но воин к этому привык. Он взглянул на фагира: мастер Шенн был спокоен и сосредоточен. По дороге он быстро нашел общий язык с Семиром, и Улнар удивлялся: что могло сблизить фагира и охотника?

         Вскоре двинулись дальше. Высокое солнце перестало слепить глаза и теперь грело спины, заметно склоняясь к закату. Под ноги ложилась густая, зеленовато-желтая трава, а в воздухе витал ее пряный, дурманящий запах.

- Мастер Шенн, - прервал молчание Эрбин. - Ты никогда не думал, как назвать наш отряд?

- Нет, не думал. А зачем?

- Ну, как это? - развел руками эшнарец. - Нельзя без названия! Вот добудем мы то, что там где-то спрятано, и все скажут: это свершил отряд, называемый... - он сделал многозначительную паузу. - А не будет названия, скажут: это сделала шайка наемников. Чувствуешь разницу, мастер?

- Я - не совсем, - ответил за Шенна Маррод, и воины расхохотались. 

- Если мы вернемся, поручаю тебе придумать название, - сказал Шенн. - Сейчас надо думать о другом.

         Пересекая высохшее русло ручья, отряд вытянулся в длинную цепочку. Воины шли след в след, чтобы морроны не догадались, сколько людей здесь прошло.

         Когда травы окрасились красным, а тени вытянулись далеко вперед, Хаггар объявил привал.

- Осталось два дня пути, - сказал Шенн. - Завтра мы пересечем тропу ортанов, опасное место, там мы будем, как на ладони. Не знаю, кочуют ли там морроны, но надо быть готовыми ко всему...

- А обойти нельзя? - спросил Улнар.

- Там, - показал фагир на север, - начинаются владения гулхов. Ты слышал о них, воин?

         Улнар кивнул. Да, этих тварей лучше обойти стороной. Даже чернолицые их боятся.

- Мы пересечем тропу, - продолжил Шенн, - далее будут холмы. Воды там нет. За холмами перелески и дальше - город. Наша цель.

- Значит, ты уже бывал здесь, мастер? - спросил еще один воин, Руннор, меченосец из гвардии одана.

- Бывал.

- Быть может, мастер расскажет нам эту историю? - спросил Маррод. Шенн посмотрел на него:

- Быть может, расскажу, Дорран. Но сейчас я хочу спать.

- Время назначить часовых, - сказал Хаггар. - Стоять будем по-очереди и по-двое, все, без исключения. Желающие есть?

         Вызвались Улнар и Семир.

- Следующие полночи - я и Эрбин, - сказал десятник. - Все. Гасите огонь.

 

         Семир и Улнар сидели спина к спине и тихо разговаривали, оглядывая заросли травы за лежащими у погасшего костра товарищами.

- Улнар, откуда ты родом? - спросил лучник. - Мне  кажется: на арна ты не очень похож.

- Я родился в Гарде, это оданство Ринересс, - ответил Улнар. - Я не знаю, из какого народа мой отец, а мать была дочерью арна, простого рыбака.

- Знаешь, ты напоминаешь мне лицом одного купца из Эдерна, который одно время приезжал к нам в селение. Он так же, как и ты, часто  молился, только Великому Алгору - он ведь считается покровителем Эдерна. Но тот человек был смуглее тебя, да и говорил так, что иногда не разберешь, чего он хочет.

- А ты откуда родом, Семир? - спросил воин.

- Я родился в Кадане - это маленький город на севере. Я литерн, не арн. Вот Эрбин - из Эшнара, это рядом.

- Кто твой покровитель?

- Алгор.

         Улнар взглянул на усыпанное звездами небо. Как россыпь драгоценных камней, они окружали величаво плывущую сквозь рваные облака светло-желтую луну.

- Началась первая декада Алгора. Твой покровитель будет с тобой еще долго.

         Они помолчали.

- А кем был твой отец, Улнар? - не унимался с расспросами Семир.

- Воином. В последний раз я его видел, когда день моего рождения пришел в двенадцатый раз.

- А потом?

- Потом он ушел в поход, и больше я его не видел. Думаю, он погиб, иначе бы обязательно вернулся.

- Выходит, ты, как и я, потерял отца, - протянул Семир, меняя положение на более удобное, и нечаянно толкнув ногой спящего Эрбина, но эшнарец лишь сильней захрапел. 

- А как ты попал в отряд?

- Я выиграл состязания в Гурдане. Там я был лучшим стрелком. Но мне захотелось чего-то большего. Например, пойти в Кхинор, - Семир улыбнулся. – Все же я не такой великий стрелок, как ты, наверно, думаешь...

- Я ничего не думаю, Семир, я скоро это увижу.

         Утро встретило ярким солнцем и приятным, еще хранившем прохладу ночи, ветерком. Воины поели и двинулись в путь. Первая ночь, проведенная в Кхиноре, прошла спокойно. И это был добрый знак.

         Полдня отряд продвигался вглубь Кхинора. Несмотря на предупреждение, что источников на равнине мало, воины много пили, и фляги с водой в заплечных мешках становились все легче...

         На втором привале Хаггар разрешил развести огонь, чтобы все поели горячей пищи. И здесь Шенн удивил всех, собственноручно приготовив наваристую похлебку, и воины с аппетитом ели густое мясное варево, приправленное ароматными листьями и пряностями, которые, оказывается, фагир носил с собой. Наевшись, воины разлеглись на траве, лишь трое дозорных бодрствовали, выдвинувшись на сотню шагов перед отрядом.

- Мой отец был оружейником, лучшим в городе, - говорил, сидя и тлеющего костра, Хаггар. - Эту секиру сделал он.

         Сидевший рядом Улнар бережно взял в руки оружие десятника, поражаясь, как искусно оно сделано. Обоюдоострое, полукруглое лезвие секиры было остро, как бритва, сверху имелась прорезь для захвата клинков и острый трехгранный наконечник, для ударов по броне. Рукоять из прочнейшего дерева, пропитана лаком и укреплена стальными полосами, переходящими в причудливый эфес, защищавший кисти от ударов.

- Я не видел подобного оружия, - признался Улнар, впервые так близко рассматривая оружие Хаггара. - Твой отец действительно большой мастер.

- Да, и он хотел, чтобы я стал кузнецом, как и он. Но я вступил в Братство. И тогда он...

- Морроны! - сидевший в дозоре Руннор выскочил из травы. - Там! Идут сюда! 

- Проклятье, они могли заметить дым от костра! - выругался Хаггар. - Скольких ты видел?

- Пятерых!

- Они видели тебя?

- Не знаю, - выдавил Руннор.

- Их пятеро, - подтвердил Кронир, второй дозорный.

- Убьем! - радостно осклабился Эрбин.

- Даже если всего пятеро, не будем рисковать! - сказал Хаггар. - Это разведчики, за ними может двигаться орда. Пусть уходят.

- Они не уйдут, - сказал Маррод, приподнимая голову над травой. - Они идут прямо сюда.

- Ублюдки Даора! - выругался Хаггар. - Они заметили дым! Расползаемся в стороны. Нападайте, когда я крикну.

         Десятник остался сидеть у костра.

- Ты, что, Хаггар? - замер возле него Кронир. - Прячься, они сейчас будут здесь!

- Убирайся в кусты! - сверкнул глазами десятник. - Я знаю, что делаю!

         Разведчики подошли совсем близко. Лежащий в десятке шагов от Хаггара Улнар уже мог разглядеть их плоские черные лица. Выйдя к кострищу и увидя одиноко сидящего воина, морроны вскрикнули. Сжимая секиру, Хаггар медленно поднялся. Оскалив зубы, один из кочевников выхватил дротик и метнул в Хаггара. Сердце Улнара екнуло, но десятник, не дрогнув, уклонился от летящего снаряда и пошел на морронов. Второй вскинул лук, но мгновеньем раньше стрела Семира вонзилась ему в грудь. Морроны замешкались, в этот миг Хаггар с ревом прыгнул на них, срубив одного секирой. Слева из травы поднялся Эрбин. Взрезав воздух, метательный топорик эшнарца воткнулся третьему моррону в спину. Взмахнув руками, тот упал в траву. Оставшиеся в живых чернолицые бросились бежать, но один не смог миновать вставшего на пути Маррода. Кочевник взмахнул мечом, но эльд неуловимым движением опередил его, и голова моррона покатилась по траве.

         Последний ткнул копьем в лицо Кронира. Воин отшатнулся, запнулся о камень и упал. Но чернолицый не стал добивать, а бросил копье и изо всех сил припустил прочь.

- Держите его! - заревел Хаггар. - Не упустите!

         Воины бросились следом, но сухопарый полуобнаженный моррон бежал так, что пятки сверкали. Улнар понял: не догнать, остановился и увидел натягивавшего тетиву Семира. Его мощный лук загудел, стрела унеслась вдогонку за морроном, настигла беглеца и клюнула в спину. Моррон упал.

- Клянусь Игниром! - прошептал воин. - Ты... - он бросил восторженный взгляд на Семира: стрелок улыбался.

- Ветер, - сказал он, расставив пальцы веером. - Подуй он сильнее, и я бы не попал.

- Но ты попал! Мир не видел такого стрелка, как ты! - воскликнул подбежавший к ним Руннор.

- Мой отец стрелял лучше, - скромно ответил Семир.

- Лучше? Да лучше стрелять невозможно!

- Хватит болтать, - прервал подошедший к ним Хаггар. - Бегите и посмотрите, что с ним! Если жив, перережьте горло.

         Стрела вошла моррону в основание шеи, он истекал кровью и почти не дышал.

- Пусть лежит, - сказал Улнар. - Солнце и падальщики расправятся с ним, не останется и следа.

         Он выдернул окровавленную стрелу и протянул Семиру:

- Возьми. 

- У меня еще есть стрелы, - пожал плечами стрелок. - И запас наконечников.

- Послушай, что я скажу, Семир: лишних стрел в Кхиноре не бывает. И еще: твоя стрела - это след, а мы не должны оставлять следов, если хотим выжить.

- А трупы?

- Трупы мы не станем прятать. Закапывать бесполезно. Морроны все равно будут искать и найдут их. Здесь другое. Ты слышал о магии морронов?

- Нет, - удивленно сказал Семир. - А что у них за магия?

         Они вернулись к остальным. Эрбин деловито обшаривал убитых, остальные наблюдали. Кто с интересом, кто - с брезгливостью.

- Морроны не будут искать по следам, они найдут нас по твоей стреле. Их магия сильна.

- Так ли это? - спросил Маррод. - Думаю, их магия - ничто!

- Напрасно, - Улнар взглянул на бывшего противника. - Ты просто не испытал ее на себе.

- А ты испытал?

         Воин не ответил. За спиной Маррода возникла чернокожая ведьма Ош-Рагн, протягивающая Улнару зелье:

- Бери, воин. Здесь сила, великая сила...

- Смотрите, что у них на шеях! - Идгерн указал на убитых. Улнар не видел, но знал, что там. Морроны носили на шее ожерелья из пальцев убитых врагов...

- Что, никогда не видел? - спросил Эрбин.

- Никогда, - признался Идгерн.

- Теперь насмотришься, - эшнарец пнул ногой голову убитого. - Жаль, нельзя отрезать пальчики...

- Зачем? - изумился Идгерн. Эрбин удивленно глянул на эмона:

- Ты не знаешь? За два больших пальца Братство платит пять полновесных асиров, а, бывало, и по семь!

- Но кому нужны их пальцы? - спросил Руннор.

- Ну, ты спросил! Их жарят и едят! - довольный шуткой, эшнарец захохотал. - Пальцы никому не нужны - и живые нелюди тоже! Понял?

- Хватит болтать, уходим! - распорядился Хаггар.    

         Как и предсказывал Шенн, к полудню отряд вышел к караванной тропе ортанов - огромной, вытоптанной животными и огромными колесами, полосе, тянувшейся с запада на восток. По ней ортаны возили товары из Эвилона и других далеких стран в Арнир.

         У дороги высокая трава заканчивалась, то здесь то там виднелись растрескавшиеся проплешины солончаков и чахлый, не дававший тени кустарник. Здесь сделали последний привал перед броском. Эту выжженную равнину надо пересечь как можно быстрей - застигнутый в поле немногочисленный отряд легко станет добычей орды морронов. Все понимали это и тревожно оглядывались друг на друга. "Первая стычка закончилась удачно, - думал Улнар, - но морроны найдут трупы разведчиков и пойдут по нашим следам. Если повезет, мы оторвемся от них. Кхинор велик. А если нет..."

- Вперед, чего стоять? - прикрикнул Хаггар и первым шагнул на тропу.

         Воины невольно ускоряли шаг: всем хотелось быстрее пересечь открытое и потому опасное место. Улнар вздохнул с облегчением, когда солнце, наконец, коснулось края земли, и небо потемнело, сливаясь с горизонтом за спиной. Ночь укроет их.